K-info
Название: Сторона А: Плеяды
Перевод: Т/Л
Бета: Шаманка Ингрид
Оригинал: K ~ Return of Kings BD vol.5 LE sidestory: The Pleiades & The Eldest Son and His Best Friend by Kabei Yukako, перевод на английский chilly-territory (запрос на разрешение отправлен)
Форма: вторичный перевод официального рассказа
Пейринг/Персонажи: Фушими Сарухико, Мунаката Рейши; упоминается: Авашима Сэри
Категория: джен
Размер: 1721 слово в оригинале, 1431 слово в переводе
Рейтинг: G
Краткое содержание: о том времени, когда Фушими ушёл из Скипетра 4, и об имени его меча
Примечание: действие происходит во время второго сезона аниме

— Хм, отлично. Краткий, но со всеми необходимыми подробностями. Лучшего доклада и желать нельзя. Ты присоединился к нам только два месяца назад, однако выполняешь свою работу очень эффективно, хотя я запретил кому-либо помогать тебе.
— Любой может уловить общую суть работы в правительственном учреждении. И если кто-то не способен выполнять эту работу без специального обучения, значит, у него нет никакого воображения.
— Я не знаю, что подумали бы те, у кого, как ты выразился, нет воображения, если бы услышали тебя, но я нахожу твои слова многообещающими. — Опустив подбородок на сплетённые пальцы, Мунаката одарил Фушими странной улыбкой.
В тот момент Фушими находился в кабинете капитана и только что закончил свой доклад об одном деле. Это было вскоре после его вступления в Скипетр 4 — получается, около трех лет назад.
«Целых три года, надо же», — подумал Фушими.
— Однако... Кое-чего всё ещё не хватает, касательно другого дела.
— Какого? Не думаю, что я что-то забыл, — спросил Фушими слегка раздражённо. Он не возражал, если ему указывали на халтуру, допущенную им намеренно, но ненавидел, когда кто-то придирался к работе, к которой он приложил все свои усилия.
— Регистрационное имя твоего меча. Его всё ещё нет, разве не так?
— Оно действительно так необходимо?
Фушими подготовился к любой претензии со стороны Мунакаты, кроме этой. Со вздохом он заметно расслабил свою напрягшуюся было спину. Меч в синих ножнах, пристёгнутых к его левому бедру, напомнил ему о своём существовании металлическим звоном.
Фушими велели назвать меч, полученный им при вступлении в должность, как ему хотелось и потом зарегистрировать имя. Судя по всему, у всех членов синего клана мечи имели свои зарегистрированные имена.
Имя для меча? Да что это за ерунда такая?
Если самому Фушими в чём-то недоставало воображения, то именно в этом, так что он хотел хотя бы услышать несколько примеров, чтобы было от чего отталкиваться. И, когда он спросил Авашиму Сэри, оказалось, что её меч звался «Кикё» — и он мог отчасти согласиться, что название колокольчика, горделивое и изящное, подходило лейтенанту.
Меч самого Мунакаты звался «Тенро». Фушими казалось, что он где-то слышал это имя, и когда он вспомнил, где именно, у него невольно вырвалось замечание: «А-а-а, это значит «Сириус», верно?», предоставив Мунакате возможность удостоить его той самой раздражающей улыбкой.
— Это формальность. Но, откровенно говоря, я считаю, что эта формальность отнюдь не бессмысленна. Пусть мечи и являются стандартным оружием, тот, кто назвал свой собственный и использует его каждый день, взращивает в себе уверенность, что он человек, достойный носить этот меч, и чувство ответственности за свои обязанности.
— Тогда меня устроит, если его серийный номер станет его именем. Не то чтобы этот меч был особенным и его нельзя было заменить любым другим.
В конце концов, стиль самого Фушими не имел ничего общего со стилем других членов отряда, которых обучили направлять свои сверхъестественные силы только через их мечи. В отличие от тех, кто гордился своим мечом, относясь к нему как к чему-то вроде символа их принадлежности к клану, для Фушими его меч был не более чем инструментом, таким же, как его многочисленное спрятанное оружие. Фушими использовал бы подходящий инструмент и способность, чтобы получить преимущество в схватке в любое время и при любых обстоятельствах. Только и всего.
— Ясно. В таком случае, ты не станешь сильно возражать, если я назову твой меч на своё усмотрение?
— Как вам угодно.
— Субару.
Получение моментального ответа, едва он успел озвучить своё беспечное согласие, заставило Фушими буквально потерять дар речи.
— Ты только что сказал, что не возражаешь, нет?
Видя надменное лицо Мунакаты, Фушими ощутил переполняющую его досаду из-за того, как его только что провели. Вот как, этот гад с самого начала собирался сделать это...
— Субару, — громко и чётко повторил Мунаката. Он сидел за столом, все еще опустив подбородок на руки, и с тонкой самодовольной улыбкой смотрел на стоящего перед ним Фушими. — Это другое название скопления двойных голубых звёзд, Плеяд. Хотя, сдаётся мне, что ты уже знал об этом и вряд ли нуждался в моих объяснениях. Это хорошее имя, ты так не думаешь? Я не сомневаюсь, что твоя работа оправдает его.
Слова, подобранные так, чтобы задеть сильнее, заставили Фушими воспротивиться.
— Регистрируйте его как вам угодно, но я скорее сдохну, чем использую такое нелепое имя, — почти прорычал Фушими с нескрываемым отвращением на лице.

Слух Фушими уловил тихий шуршащий звук.
Он тут же вскочил на ноги, колени согнулись в стойке, а обе руки неосознанно потянулись к левому бедру. Левая рука приготовилась взяться за ножны, а правая — лечь на рукоять, вот только там, куда её предполагалось класть, не было ничего, и его пальцы прошли сквозь пустоту.
Шурх, шурх, шурх... серая мышь проворно пробежала по перилам чердака.
— А, мышь...
В этом месте появились какие-то норы, достаточно большие, чтобы через них могли пробраться мыши? Ну, это было бы неудивительно: следовало ожидать, что в помещениях, покинутых людьми, заведутся мыши. Если уж на то пошло, он был здесь чужаком, вторгшимся в пустую квартиру без разрешения.
За исключением мансарды, кухни и ванной с туалетом, которые вместе взятые занимали только три татами*, всё помещение представляло собой квадратное пространство, со всех четырёх сторон ограниченное голым бетоном.
Щёлкнув языком из-за того, что его руки потянулись за мечом, Фушими с глухим звуком плюхнулся на пол чердака. Если бы его меч был всё ещё при нём, тот бы ударился о пол при этом, но удара, который подсознательно ожидал Фушими, тоже не последовало.
В пылу ссоры с Мунакатой он всадил меч в дверь фургона, оставив его там. В конце концов, у него было и другое оружие. Конечно, нехватка одного меча не причинила ему никаких неудобств — точнее, не должна была, — но на деле отсутствие меча тревожило Фушими. Единственным оружием, остававшимися сейчас при нём для самозащиты, были ножи, достаточно маленькие, чтобы поместиться под его нынешней одеждой и обувью.
Он носил меч три года. За эти три года его вес словно въелся в самые кости Фушими и теперь, без меча, Фушими казалось, что его баланс стал странно неустойчивым. Ну, Фушими был уверен, что ощущения обманывали его, и ничего больше.
Но, может, ему всё-таки не стоило оставлять свой меч? Нет, если уж решил что-то сделать, делай это тщательно, никаких полумер. Ты ведь тоже делал всё так, разве нет, капитан?
Все члены клана, которым не повезло присутствовать при той сцене, побледнели, но всё шло согласно плану. Никто не заподозрит, что ссора была заранее задумана, услышав все эти словесные оскорбления. Даже если Зелёные перехватывали сообщения отряда в надежде изобличить истинные мотивы Фушими, они бы потерпели неудачу, ничего не узнав о каком-либо тайном замысле. У них наверняка были сомнения и подозрения на его счёт, но до сих пор ему не попалось ни одного убедительного доказательства того, что они и в самом деле их имели.
Фушими коротко вздохнул. Сейчас его положение и репутация в Скипетре 4, должно быть, рухнули в бездну. Но он решил, что восстановит их с помощью тяжёлой и продуктивной работы. Разумеется, если ему удастся вернуться живым, и он получит шанс сделать это.
Фушими схватил КПК, лежащий рядом с ним. Большой логотип «Джунглей», появившийся на экране, осветил всё вокруг зелёным светом. Затем картинка сменилась главной страницей приложения.
Он был в шаге от ранга J, который называли рангом главных членов Зелёного клана. Только игрокам ранга J позволялось встретиться с Зелёным королём лицом к лицу. Сейчас Фушими оставалось лишь завершить ещё одну большую миссию...
Как только он подумал об этом, уже потухший экран вновь зажёгся, показывая, что поступил входящий звонок. Картинка на экране полностью изменилась, отображая номер звонившего.
— Тц... опять, да? Я ни за что не отвечу, так что завязывай уже быть таким настырным. — Эту фразу Фушими повторил много раз за месяц.
Телефон определенно прослушивается, пойми уже наконец, придурок.
Весь этот месяц Фушими двигался, меняя интернет-кафе и местоположение каждые несколько дней, но, подумав, что ему не повредило бы изменить свой образ действий, он остановился в этой квартире перед тем, как отправиться в другое место. Но было ясно, что сменить местоположение необходимо завтра. Хотя у Фушими имелось одеяло, всё же он мерз, и спина у него болела. В любом случае, не то чтобы сейчас он был обязан ограничивать себя в расходах. Может, он для разнообразия остановится в нормальном отеле.
Лёжа на спине, Фушими положил КПК себе на живот. Фушими выключил звук и виброрежим, так что теперь не мог слышать звонки. Кроме того, он отключил и уведомления, хотя уже не помнил точно, в какой момент и как долго звонил его КПК перед этим.
Фушими пришлось оборвать все контакты со Скипетром 4. Чтобы сделать это по всем правилам, он оставил свой меч и униформу. Его мозги, его собственная сила и маленькие ножи в его рукавах — всё, на что он теперь мог положиться.
— Давай, поймай меня, если сможешь... — прошептал он самому себе с закрытыми глазами, и почему-то это его развеселило, заставив уголки его губ приподняться в улыбке.
Тот человек протягивал ему руку помощи. Единственной, на которую он мог надеяться.
____
*Примечание переводчика: татами — величина равная примерно 1,6 м^2, таким образом 3 татами приблизительно равны 4,8 м^2



Название: Сторона Б: Старший сын и его лучший друг
Перевод: Т/Л
Бета: Шаманка Ингрид
Оригинал: K ~ Return of Kings BD vol.5 LE sidestory: The Pleiades & The Eldest Son and His Best Friend by Kabei Yukako, перевод на английский chilly-territory (запрос на разрешение отправлен)
Форма: вторичный перевод официального рассказа
Пейринг/Персонажи: Ята Мисаки, Ята Минору, мать Яты; упоминаются: Фушими Сарухико, Ята Мегуми
Категория: джен
Размер: 4458 слов в оригинале, 3745 слов в переводе
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: о том времени, когда Фушими ушёл из Скипетра 4, и о том, что чувствовал тогда Ята
Примечание: действие происходит во время второго сезона аниме

Это будет его последняя попытка.
Решив так, Ята нажал на иконку звонка. Если Фушими сейчас не ответит, тогда Ята больше не будет утруждать себя беспокойством за этого типа. Ему вообще будет плевать, серьёзно.
Ята уставился на голографический экран, проецируемый его наручными часами-КПК, как на злейшего врага, виновного в убийстве его родителей, не иначе. Экран отображал имя «Фушими Сарухико» и статус «набор номера», не показывая никаких признаков того, что вызов приняли. Звук дозвона безуспешно прозвучал десять раз, а вскоре и все двенадцать.
— ...Твою мать! — выругавшись, Ята завершил звонок.
Услышав, что в конце года Фушими в бешенстве ушёл, бросив Синих, Ята помимо воли встревожился, недоумевая, что же могло произойти. Ведь Фушими был товарищем... нет, Ята не хотел называть его так. Значит, союзником, с которым они объединились и который сражался с Зелёным кланом вместе с ними. Поэтому-то он и пытался дозвониться Фушими несколько раз. То есть, когда у него появлялось свободное время. Которого, если честно, у Яты за последний месяц не было вовсе. Фушими никогда не отвечал — за исключением того единственного раза, когда Анну перед её пробуждением в качестве Красного короля похитили Зелёные, и Ята попросил помощи Фушими, чтобы спасти её.
По словам Кусанаги, за этот месяц Фушими также не связывался и с Синими. И когда Ята уже серьёзно заволновался, что Фушими мог умереть где-то на обочине дороги, Кусанаги, проникший на вечеринку, организованную Джунглями, вернулся с невероятной новостью...
— Он присоединился к Зелёным?! Да о чём этот козёл вообще думает?! — Ята с силой ударил ближайшую бетонную стену, не заботясь, что может сломать КПК на своём запястье. Это произошло среди бела дня, и Ята в тот момент находился в деловом центре города, так что его действия, разумеется, всполошили прохожих.
— Давай, поймай меня, если сможешь...
Так вот что значили эти слова, брошенные Фушими Яте там, в районе Михашира. Фушими несомненно дразнил тогда Яту, с самого начала собираясь сменить клан.
Само собой Яте ещё предстояло простить Фушими за предательство его самого и Хомры. Но...
— Эх! И что с того, если ты теперь и Синих предал? Какого хрена меня должно это взбесить и заставить преследовать тебя? Я вообще не обязан! Своих сослуживцев так дразни, а меня в это не втягивай! Я занят, чёрт тебя дери, и у меня нет времени на твои игры, козлина!
Заполучив в свои руки Плиту, Джунгли стали активны как никогда и сеяли хаос в том числе и на территории Хомры, так что Яте пришлось обегать весь Шизуме, чтобы разобраться с этим.
Несмотря на свои слова, Ята не успокаивался и, тихо ругнувшись и подбросив кончиком кроссовка стоявший скейтборд, покатил его по тротуару с неистовой энергией. Наступив на доску, он уже собирался оттолкнуться от земли, когда заиграла мелодия вызова на его КПК.
«А!»
Не задумываясь, Ята поднял руку и ответил на звонок, не посмотрев на имя звонившего.
— Мисаки? — Голос, сквозь небольшие помехи назвавший его по имени, принадлежал не тому человеку, которого Ята рассчитывал услышать. — У тебя всё хорошо? Я говорила тебе зайти к нам на Новый год, разве нет? Что мне с тобой делать...
Рука Яты сама по себе чуть опустилась, когда он прошептал:
— Блин, мама...
— Что ты сказал? Ты только что сказал мне «блин»? — тут же угрожающе донеслось из трубки.
— Н-нет, не говорил! П-прости-прости, в последнее время я очень занят на работе... вообще-то, я и сейчас работаю, так что... — стал робко оправдываться в КПК Ята срывающимся голосом. Ему представилось, что если бы его товарищи из Хомры сейчас увидели, как у него коленки дрожали перед мамой, они бы стали смеяться и дразнить его.
Дом Яты был не так уж далеко от Шизуме. Он мог прийти туда в любое время, если бы захотел. Но с тех пор, как Ята выпустился из средней школы и попал в Хомру, не поступая в старшую школу — или, если точнее, с зимы третьего класса средней школы, когда он решил съехать от родителей и переселиться в съёмную квартиру на территории Шизуме, не обсудив это с ними, — он свёл контакты с домом к минимуму. Его родители не были чрезмерно контролирующими, так что они звонили Яте исключительно по важным делам.
...Хм? Верно, исключительно по важным делам.
Сначала Ята пытался отговориться и завершить звонок, но когда к нему пришла эта мысль, он заволновался.
— Что случилось? — спросил он.
— Эм... ну, это насчёт Минору... он странно ведёт себя в последнее время. Слышал ведь про эти Джунгли, вокруг которых столько шума в последнее время... Кажется, Минору тоже этим увлёкся.
— Минору? Но он же ещё в начальной школе! — Ята нахмурился, услышав из уст своей матери название организации, которая была врагом его клана.
— Он пойдёт в среднюю школу эту весной.
— Э... Понятно, теперь, когда ты сказала...
Минору был младшим братом Яты, на восемь лет моложе его. Ята помнил его ребёнком, который только-только пошёл в начальную школу, но если подумать, с тех пор и вправду прошло немало времени, и малыш успел подрасти достаточно, чтобы поступить в среднюю.
— Он поздно приходит домой и участвует в драках... Я каждый раз его предупреждаю, но в последнее время он меня совсем не слушает. И я подумала, что, может, он охотнее поговорит об этом с тобой, Мисаки. Прости, что звоню только тогда, когда мне нужна твоя помощь...
Как выяснилось, не только КПК был виноват в том, что голос его мамы, всегда такой искренней и веселой, звучал подавленно.
— А? За что ты извиняешься? Это меня пугает. Понял я, понял, предоставь Минору мне. — Ята постарался, чтобы его голос звучал как можно бодрее, и даже выпятил грудь, хотя его мама никак не могла это увидеть. Затем, чуть фыркнув, чтобы спрятать смущение, он добавил:
— Спасибо. Что попросила меня помочь.
— Мисаки... по сравнению с тем, каким ты был раньше, ты кажешься более... Нет, неважно. Спасибо. В таком случае, рассчитываю на тебя. И возвращаясь к моему первому вопросу: я так понимаю, что ты придёшь к нам до конца месяца?
Ята обрадовался, что к его маме вернулась весёлость, но это означало также, что она снова собиралась отчитывать его, так что, поморщившись, он поспешил повесить трубку:
— Ага, ага. Мы об этом потом поговорим.

Сколько Ята себя помнил, он не любил своё имя, потому что такие обычно давали девочкам.
Мисаки, Минору, Мегуми*... В последнее время ему казалось, что он начал понимать, какую общую идею и чувства вложила его мать в имена своих детей, хотя у Яты и был другой отец. Но это не значило, что она должна была давать своему старшему сыну девчачье имя, и Ята всё ещё злился из-за этого.
Его младшему брату Минору сейчас было двенадцать. А его младшей сестре Мегуми в этом году исполнится семь. Причиной, по которой разница в возрасте между старшим и младшим сыновьями составляла целых восемь лет, была в том, что их мама вышла замуж второй раз через некоторое время после рождения Яты.
Зная, что занятия должны были вот-вот кончиться, Ята решил, что может встретиться с Минору у его школы. Однако всё обернулось так, что Яте не пришлось доезжать на скейте аж до школы, потому что по пути туда он заметил Минору на парковке перед круглосуточным магазином.
Минору был не один. С ним были двое учеников из начальной школы, с рюкзаками за плечами, на вид — его сверстники, и три мальчишки в униформе средней школы.
Закричав, Минору кинулся на одного из старших учеников. Он пошёл в своего брата и был довольно маленьким для шестиклассника. Парень из средней школы легко поднял его вместе с рюкзаком и швырнул так, что Минору прокатился по автостоянке, сопровождаемый насмешками.
— Минору?!
Ята разогнался на своём скейтборде.
Тем временем Минору поднялся, согнувшись, издал ещё один вопль и очертя голову врезался в одного из старших учеников.
Ята подбросил конец своей доски, взбираясь на бордюр и оттуда совершил ещё один прыжок, чтобы подняться повыше. Он так давно катался на скейте, что тот уже словно стал продолжением его собственных ног. Будучи высокопрофессиональным скейтбордистом, Ята мог удерживаться на доске в любом положении. Он успел как раз вовремя, чтобы, резко развернувшись и затормозив, одной рукой поймать Минору, которого отправили в полёт ударом в лицо.
Встав одной ногой на землю, Ята посмотрел на тех, с кем дрался Минору.
— Т-тебе что надо?! — с вызовом крикнули парни из средней школы.
— ...Брат?! — воскликнул Минору, округлив глаза, когда повернулся посмотреть на своего спасителя.
Другие два младшеклассника прижались друг к другу, едва сдерживая слёзы. Яте не нужно было ничего спрашивать, чтобы понять почему три парня из средней школы издевались над тремя младшими ребятами.
Не убирая руки с плеча Минору, Ята сказал тем парням низким голосом:
— Я не хочу заниматься всякой лажей и встревать в драку мелкотни, но вы не думаете, что три таких здоровых парня как вы, издевающиеся над одним младшеклассником, это нечестно?
— Не твоё дело! Вали отсюда!
Заносчивые школьники, нахально угрожавшие ему, все держали КПК, и Ята разглядел на их экранах приложение Джунгли. Теперь, когда Зелёный клан открылся общественности, тот факт, что любой может обрести «суперсилы», накапливая очки Джунглей и повышая уровни, стал широко известен даже среди обычных пользователей. Эти ребята участвовали в миссиях, полностью всё осознавая, так что сейчас, когда Ята понял, что они были пользователями Джунглей, вариант позволить им легко отделаться из-за того, что они ничего не знали, полностью отпал.
— Я не собирался сражаться в полную силу против кучки паршивцев из средней школы, но если вы члены Джунглей, это всё меняет, и мне больше нет смысла сдерживаться. Что, силы хотите? Значит, вы готовы заплатить за неё, так? Что же, я Ятагарасу из Хомры.
Один из парней начал возиться со своим КПК.
— А! — тихо произнёс он, что-то подтвердив.На экране отобразилась страница с наградой за голову Яты, которую Кусанаги показывал ему раньше (Яту все ещё возмущала разница между наградой за его голову и голову Фушими).
— Вы получите три тысячи очков, если справитесь со мной, разве нет? Так что? Вот ваш шанс повысить уровень, правда? — Ята засмеялся им в лицо, состроив самую зверскую рожу, какую смог.
Сосредоточившись на метке, запечатлённой у его левого плеча, он собрал свою силу, и всё его тело засветилось красным. Ята сделал шаг вперёд, и асфальт под его ногами зашипел, источая дым и запах горелого.
Двое младшеклассников с искажёнными от страха лицами закричали и бросились врассыпную.
— Ч-что мы будем делать? — парни из средней школы побледнели, переводя взгляды друг на друга.
— Н-не спрашивай меня, это хреново, он реально крут...
— Братик...
Младший брат Яты мог лишь с немым восхищением смотреть вблизи на свет, исходивший от него.

Ята выслушал объяснения Минору по дороге домой.
— Я больше не в Джунглях. И когда я попытался убедить друзей из моего класса тоже уйти оттуда, эти парни появились и начали нам угрожать, типа: «Вы думаете, вы можете просто так взять и сбежать, малявки»... Они заявили, что мы должны помочь им заработать очки, если мы хотим уйти, потому что так принято в Джунглях...
— В Джунглях не принято ничего подобного. И даже если бы было, у такой мелкой сошки, как эти ублюдки, не было бы ни одного хренова шанса получить такие полномочия. Они просто хотели, чтобы вы собрали для них очки, и они могли повысить свой уровень.
— Ага, я знаю. Но мои друзья испугались и решили сделать, как им велели, так что я пытался их защитить...
Минору опустил голову и прижал руку к синяку, украсившему его рот. Его плечи вместе с рюкзаком на них затряслись.
Ята, идущий рядом со скейтбордом подмышкой, остановился:
— Минору.
Когда Ята собирался, утешая, положить руку ему на плечо, Минору вытер глаза и поднял голову.
— Я в порядке. Ничего страшного. Ты ведь тоже раньше всегда ввязывался в драки, правда, братик? И каждый раз, когда ты возвращался домой весь в синяках и царапинах, мама на тебя злилась, — с прояснившимся лицом сказал Минору, улыбаясь.
«Хотя это было так давно, малыш определённо хорошо меня изучил, эх...» — Ята надулся, ощущая неловкость вперемешку со смущением.
Их мама волновалась, что Минору был замешан в делах Джунглей, но оказалось, что всё было ровно наоборот. Минору не попался в сети Джунглей, а пытался помочь выпутаться из них своим друзьям.
— Расскажи всё маме, как мне рассказал, чтобы она перестала волноваться, ладно? В любом случае, я рад, что ты уже не в Джунглях.
— Ага. Но если бы Сару не сказал мне уйти оттуда, я бы до сих пор там оставался.
Когда Ята услышал это, его скейтборд вдруг выскользнул из рук. Его задняя часть ударилась об асфальт с громким стуком, и Минору вздрогнул от удивления.
— Сарухико сказал?! Что он?!..
— А? Братик, ты не знал? Я думал, ты пришёл сюда, потому что ты знал... Сару прислал сообщение на мой аккаунт со своего. Он сказал только, что я должен сейчас же бросить это и удалить приложение, если мне жизнь дорога, и больше ничего. Я ответил на сообщение, спросил, что он имел в виду, но он больше ничего не писал. Но раз меня предупредил Сару, я решил, что я должен серьёзно к этому отнестись, потому что это наверняка значит, что происходит что-то плохое. Я решил послушаться его и удалился.
— Когда это было?
— Эм... на зимних каникулах.
— Ты можешь снова связаться с ним?
— Я удалил приложение и всю историю, так что я больше не знаю, какой у Сару аккаунт.
Сообщение было отправлено, когда у младшеклассников начались зимние каникулы. То есть, после исчезновения Фушими из Скипетра 4. К тому времени тот, по всей видимости, уже предал своих товарищей и присоединился к Зелёному клану. Это значило, что он озаботился тем, чтобы найти аккаунт Минору и написать ему даже после такого, да? Но почему член Джунглей вдруг станет утруждать себя предупреждением Минору?..
— Да о чём этот придурок вообще думает, блин... Я понятия не имею что у него в голове... — Ята посмотрел на упавший скейт и потряс кулаком.
Заходящее солнце создавало на земле две длинные тени: брата и его собственную.
В этот момент он заметил ноги в домашних кухонных шлёпанцах, стоявшую на земле чуть дальше того места, где кончались удлинённые головы теней.
— О-о-ой, — прошептал Минору, и строгий голос ответил без промедления:
— Что ещё за «ой»? Я тебя слышу, знаешь ли.
— У тебя слишком острый слух, — пробурчал Минору.
— Минору, ты что, опять подрался?
Зоркие мамины глаза разглядели синяки у его рта, и Минору быстро спрятался за спиной Яты.
Мама, скрестив руки на груди, возвышалась над ними и выглядела как переполненный яростью страж Будды, несмотря на шлёпанцы и фартук. Её фигура в красном свете уходящего солнца создавала впечатление, что от неё исходит аура огня, несмотря на то, что она не состояла в Красном клане. Даже Яту это немного напугало.
Ята собирался оставить Минору где-нибудь рядом с домом и представить не мог, что их мама станет ждать их так далеко на улице... Когда Ята об этом подумал, его мать нацелила свой взгляд на него, как если бы её чрезмерно острый слух позволял ей слышать мысли окружающих.
— Эх, — Ята скривился и вздрогнул.
Мама вздохнула, и выражение ее лица наконец-то смягчилось:
— ...Добро пожаловать домой, мои глупые сыновья. Вы, мальчики, проголодались, наверное.
Она говорила во множественном числе, обращаясь к старшему сыну так же, как к младшему, пусть этот старший почти не показывался дома последние пять лет. Ята не сразу нашелся с ответом, а его сердце застучало сильнее из-за нахлынувших на него чувств.
Минору нервно выглянул из-за спины Яты:
— Прости... мама...
— Мы сегодня ужинаем жареной курицей. Я приготовила побольше для вас обоих. Теперь пойдёмте домой. Мегуми ждёт.
— А, извини, но... у меня нет времени, чтобы остаться поесть с вами. Я сейчас очень занят, и мне нужно ещё кучу всего сделать, и у меня нет времени ни для чего другого, и...
Его мама, уже направившаяся к дому, остановилась и повернулась. Ята не закончил предложение и невольно отвёл глаза.
Он никогда не рассказывал своим родителям ничего конкретного о том, чем занимался и с кем проводил время. Как-никак, Хомра в той или иной степени оставалась уличной бандой. Так что Ята лишь упомянул, что работает на полставки. Его родители никогда не пытались копнуть глубже, но они, скорее всего, не верили ему ни на йоту. Если посмотреть со стороны — по сути он был правонарушителем, который ушёл из дома, как только закончил среднюю школу. В этом районе жили достойные представители среднего класса. Ята не знал, что местные говорили о нём, но был уверен, что ничего хорошего.
— Э? Братик, так ты с нами не пойдёшь? Я очень хочу, чтобы ты пришёл! Мегуми истерику закатит, когда узнает, что я с тобой виделся, а она нет. — принялся упрашивать Минору, схватив его за край одежды, но Ята не мог позволить себе уступить, хотя это многого ему стоило.
— Прости... Но сейчас я никак не могу...
Анна ощутила, что Плита может оказаться «освобождена» — иными словами, полностью выйти из под контроля, — в любой момент. Ята не мог позволить себе наслаждаться счастливым ужином с семьёй вдали от Шизуме в такое опасное время.
— ...Минору. Иди сюда. — Минору всё ещё колебался, но мама взяла его за руку. — Как только ты разберешься со всеми этими делами, которые тебе надо закончить, ты к нам придёшь, да? И тогда ты будешь играть со своими сестрой и братом столько, сколько они захотят. Обещай мне.
— Хорошо... Я обещаю.
— И не забудь привести Сарухико-куна.
— А?! — Голос Яты сорвался на фальцет, когда его мама вдруг добавила это условие.
Минору, который после отказа Яты поужинать с ними выглядел так, словно вот-вот расплачется, оживился, и его лицо прояснилось:
— Правда?! Если Сару тоже придёт, я смирюсь с тем, что сегодня ты с нами не идёшь, и Мегуми тоже заставлю смириться с этим! Братик, обязательно приведи с собой Сару в следующий раз!
— А, нет, он... он ни за что не придёт, — голос Яты дрогнул.
Внутри него вспыхнул гнев. Его мать с братом по-прежнему искренне считали Фушими другом Яты, как и пять лет назад. Они так сильно доверяли Фушими, что ни за что бы не поверили, если бы им сказали, что он был парнем, который уже дважды с лёгкостью предал свой родной клан и своих товарищей. И всё же Фушими взял и растоптал всё это доверие, которое испытывали к нему мама и брат Яты...
Руки Яты незаметно для него сжались в кулаки.
— А-а, понятно. Ты поссорился с Сару, да, братик? — спросил Минору с невинным видом.
— А, вот как? Уверена, это была твоя вина.
Его мама пожала плечами, будто говоря: «Ну и ну! Что же мне с тобой делать?», и Ята не смог смолчать на это:
— Почему это сразу моя вина?! Я ему уже целую вечность звоню, а он продолжает меня игнорировать! И то, что случилось, не настолько просто, чтобы называть это всего л-лишь ссорой... вообще-то много всякой фигни случилось...
— Но это ты ему звонишь, так? Ясно. В таком случае, просто продолжай пытаться, и рано или поздно у Сарухико-куна кончится терпение, и он ответит.
Когда она сказала это таким убеждённым и уставшим тоном, который обычно использовала, чтобы отчитать его за ссору с одноклассником по какой-то неимоверно глупой причине (похоже, для мамы его отношения с Фушими выглядели так же), Ята просто уставился на неё, утратив дар речи.
— Бог свидетель, ты всегда был таким, клянусь. Глупый, непослушный и постоянно забывающий сделать домашнее задание. А ещё всегда встревал в драки. Я счёт потеряла тому, сколько раз мне приходилось извиняться перед твоими учителями и родителями детей, которых ты побил...
— Ну, прости, что я такой плохой сын...
— Но знаешь...
Когда его мама снова заговорила, продолжив, несмотря на жалобы мгновением раньше, Ята смутился.
Её глаза, похожие на его собственные, в которых таился яркий, но тёплый свет, сейчас смотрели прямо на него:
— Я убеждена, что мой сын не тот человек, который не понял бы, что он обязан сделать для своего друга. Как твоя мать, я в этом абсолютно уверена. Так что помирись с Сарухико-куном как можно скорее и приведи его к нам.
Пять лет назад, зимой, когда он решил уйти из дома и снимать комнату с Фушими, его мама, которая всегда отчитывала Яту и исправляла его ошибки, не сказала ничего. Фушими ненавидел свой дом, а Яте его семья всегда казалась очень странной и непонятной. Оказалось, что мать Яты поняла, что он сделал то, что сделал, ради спасения Фушими от его семьи. Не то чтобы она видела, как он ушёл, но когда Ята втайне выносил свои вещи, она притворялась, что не замечает, занимая своё время заботой о Мегуми.
Всё у Яты внутри вскипело в ажиотаже. Он ощутил внезапный порыв сделать что-то прямо сейчас, лишивший его всяческого покоя.
Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, Ята сказал:
— Не могу обещать, что п-приведу его, но я скоро к вам зайду. И обязательно поиграю с Мегуми. Сейчас у нас тут хреновая ситуация, но как только мы с ней справимся, я обязательно приду.
— Хорошо. Мы будем ждать, — с улыбкой кивнула его мать, и Ята кивнул в ответ, а потом повернулся и с силой толкнул скейтборд, заставив его покатиться вперёд.
— Братик, ты обещал! И Сару с собой приведи!
— Пойдём домой, Минору. Он не может зайти сегодня, так что, наверное, мне стоит положить лишнюю курицу, которая у нас осталась, в завтрашний бенто твоего папы.
Слушая прощальные фразы его мамы и младшего брата позади него, Ята догнал катящийся скейт и легко запрыгнул на него.

Колеса катились по асфальту, создавая шум. Ята остановил свой скейт перед неким зданием.Подняв скейт и зажав его подмышкой, Ята подошёл к двери, покрытой трещинами, к которой было прикреплено объявление о поиске жильцов. Вероятно, из-за беспечности управляющих зданием, она не была заперта.
Со слегка сбившимся дыханием Ята вошёл внутрь и быстро осмотрел комнату. В тусклом свете январского заката она была совершенно холодной. Мрачная квартира, окружённая бетонным стенами, которую изначально не предполагалось использовать как жилое помещение. В этой пустой комнате, давно лишённой всякой мебели, нельзя было заметить никаких признаков того, что здесь когда-то жили люди. Холодные стены поглотили, не оставив и следа, любой намёк на то, что когда-то два мальчика жили здесь сами по себе, который должен был отпечататься в этом пространстве. В комнате был верхний ярус, но Ята не нашёл никакой лестницы, чтобы забраться туда. Как бы он ни напрягал зрение, чтобы проверить его, это ничего не дало: ярус был пуст.
После внезапной догадки, где мог прятаться Фушими, Ята проделал весь путь сюда, но...
— Он ни за что сюда бы не пришёл, так ведь?..
Это была комната, в которой они оба жили почти два года. С зимы третьего класса средней школы и до того дня, когда Фушими внезапно покинул Хомру и сделал смехотворное заявление о том, что переезжает в общежитие Скипетра 4. В то время, когда они оба были частью Хомры, они постоянно торчали либо в этой комнате, либо в баре «Хомра».
Ята сильно сомневался, что Фушими было куда ещё пойти после того, как он сбежал из Скипетра 4. Вот только, как оказалось, он уже был членом Зелёного клана. При мысли, что сейчас Фушими мог спокойно проводить время где-то в уюте тайного убежища Зелёных, раздражение Яты вернулось в полной мере.
— Твою мать! — выругавшись, он хотел было развернуться и уйти, но вдруг остановился, и, подняв левую руку, уставился на КПК на своём запястье.
В комнате, медленно поглощаемой синеватыми сумерками, где из окна струился последний тонкий луч света, слабеющий с каждой минутой, появился голографический экран. Ята открыл страницу со списком вызовов, где отображался его последний исходящий звонок.
Он тихо вздохнул. К этому моменту его дыхание уже восстановилось.
«Я убеждена, что мой сын не тот человек, который не понял бы, что он обязан сделать для своего друга», — эхом раздался в его голове голос его матери, сильный, но нежный.
Последняя попытка.
Решив так, Ята нажал на иконку звонка.

@темы: переводы команды WTF K-Project 2017, переводы, официальные рассказы